• Наши партнеры
    Smu-8.su - Узнать цену на Демонтаж стен на сайте.
  • Cлова на букву "R"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  

    Список лучших слов

     Кол-во Слово
    1RAINER
    2READING
    1REASONER
    1REFERENCE
    1REJOICE
    1RELIGION
    1RENAISSANCE
    1RESTANTE
    2RESUME
    1REVIEW
    1REVUE
    1RIDICULE
    2RIEN
    6RILKE
    1ROBIN
    1ROMANS
    2ROOM
    1ROYAL
    1RUB
    1RUIN
    2RUSSE
    1RUSSIA
    5RUSSIAN

    Несколько случайно найденных страниц

    по слову RUSSIAN

    1. Пастернак Е.Б. Борис Пастернак. Биография (глава 5, страница 5)
    Входимость: 1. Размер: 27кб.
    Часть текста: жене в июне 1928 года, - я считал делом, наукой и пользой и чем считал себя обязанным Боброву и (даже!) Асееву, вижу ясно теперь на бросающихся в глаза сравненьях - было никчемным вредом, приближавшим судьбу сделанного к действительности (всегда условной), и всегда понижавшим мои живые задатки или лучше сказать уровень, предшествовавший у меня каждый раз таким "успехам"... Только компромиссы в сторону живых сил, литературой не затронутых, сказывались благотворно... Но все, что обращено в Близнеце и Барьерах к тогдашним литературным соседям и могло нравиться им - отвратительно, и мне трудно будет отобрать себя самого среди этих невольных приспособлений, и еще труднее - дать отобранному тот ход, который (о как я это помню!) я сам тогда скрепя сердце пресекал из боязни наивности и литературного одиночества. Отсюда и Центрифуга и Футуризм". В раздел, получивший название "Начальная пора", вошли 11 стихотворений из 21, составлявших книгу "Близнец в тучах". Почти заново были переписаны "Сон", "Вокзал", "Венеция", "Зима" и "Зимняя ночь". Раздел открывался тремя стихотворениями из альманаха "Лирика" 1913 года. Была переработана поэма "Город" 1916 года, "Наброски к фантазии "Поэма о ближнем" превратились в удивительные по лирической силе "Отрывки из поэмы". В стихотворении "Мельницы", написанном в 1915 году после поездки в Красную Поляну, образ мельниц приобрел более отчетливое символическое значение творческой личности, художника, то есть гения, каторжным трудом отрабатывающего "воздушную ссуду". Теперь перед ними всей жизни умолот. Все помыслы степи и все слова, Какие жара в горах придумала, Охапками падают в их постава. Пастернак намеревался посвятить это стихотворение Маяковскому, выявляя тем самым первоначальный импульс его написания. Но потом посвящение Маяковскому было перенесено на весь раздел ...
    2. Иванов Вячеслав: К истории поэтики Пастернака футуристического периода
    Входимость: 2. Размер: 61кб.
    Часть текста: о принадлежности или примыкании молодого Пастернака к футуризму[1]. Этому предшествовал еще меньший отрезок времени, который позднее в «Охранной грамоте» Пастернак охарактеризует как свое вхождение в «эпигонскую» группу, представлявшую по его словам «влеченье без огня и дара» (V, 213)[2] . «Близнец в тучах», заслуживающий названия «предфутуристического»[3] сборника, но в основном следующий принципам поэзии поздних символистов и особенно Анненского[4], писался в то время, когда Пастернак еще был участником объединения «Лирика», возглавлявшегося и поддерживавшегося Юлианом Анисимовым[5]. Едва ли к последнему приложимо полностью замечание о недаровитости эпигонов: напомню, что к стихотворению Анисимова “Cура” восходит первая половина начальной строки блоковского «На небе - празелень»; хотя Блок и назвал анисимовские стихи «очень бледными», но именно это поэтическое применение названия иконописной краски, содержавшееся в анисимовском стихотворном сборнике «Обитель», перед тем- в 1913г. - посланном ему автором с почтительной надписью, Блок невольно запомнил и использовал во втором стихотворении цикла «Кармен» в следующем 1914г.[6]. Позже Пастернак, не смягчая своего приговора по поводу дилетантства Анисимова, в своем первом опыте мемуаров хвалит его переводы, а во втором автобиографическом повествовании воздает должное его образованности. Пастернак познакомил Анисимова со стихами Рильке, столько для Пастернака тогда (но и много спустя) значившего и определившего много в его первых опытах, среди которых- переложения или явные подражания немецкому поэту («что если Бог- это...
    3. Каган Ю. М.: Об "Апеллесовой черте" Бориса Пастернака
    Входимость: 1. Размер: 41кб.
    Часть текста: и не о ее философско-художественном смысле. Здесь будет сказано не обо всем том, "что взошло на дрожжах этой выдумки" (2), а только о заглавии, о том, как звали ее героев, да еще о вопросах, которые волновали одного из них, а также самого автора (3). Повесть эту Б. Л. Пастернак начал весной 1915 года, через три года после знакомства с курсами знаменитых философов-неокантианцев Г. Когена и П. Наторпа и увлеченности ими во время летнего семестра в Марбурге, даже "экзальтированной влюбленности" (4) в первого из них. Издатели в "Русской мысли", в "Летописи" отвергли повесть. Не поняв, не сумев ее оценить. Из "Русской мысли" рукопись вернули с обидными "материалами обсуждения в редакции" (5). В конце 1916 года Пастернак сообщал: "... написана была вещь с увлечением и подъемом /.../ я делал не одну попытку прозой заняться, клонясь в сторону техничности. И не в силу ли этого остались они бесплодны? Так что осудить совершенно "Апеллесову черту" я не мог бы по справедливости" (6). Опубликована повесть была в 1918 году. Сейчас, спустя десятилетия, многое в ней остается загадочным, несмотря на все комментарии, несмотря на существование специальной монографии, посвященной ранним прозаическим фрагментам Пастернака, в которых речь идет о герое почти с тем же странным именем, каким наделен один из героев повести...
    4. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Эдуард Бабаев
    Входимость: 1. Размер: 31кб.
    Часть текста: в Москве. В начале 1946 года я получил пропуск в столицу на десять дней, чтобы повидаться с отцом. И, если позволят госпитальные врачи, помочь ему вернуться домой. Без такого пропуска нельзя было купить билета на вокзале. Я был студентом. И Надежда Яковлевна Мандельштам, пре­подававшая английский язык в университете, узнав о том, что я собираюсь в Москву, страшно разволновалась и попросила меня передать Борису Пастернаку ее записку. В этой записке было сказано, что она жива и работает на геогра­фическом факультете Среднеазиатского университета в Ташкенте. И больше — ничего. Меня никто не провожал. До отхода поезда оставалось несколько минут, и я вышел из вагона, чтобы подышать свежим воздухом. И вдруг увидел на перроне Владимира Липко. Он был поэт и переводчик, изящный человек в высокой шапке и с тростью в руке. Липко еще издали заметил меня, помахал мне рукой и стал пробираться через толпу к моему вагону. Он прекрасно читал стихи с эстрады: Если я уеду из Герата, вспомнит ли хоть кто-нибудь меня? На стене лишь сизый свет заката, вспомнит ли хоть кто-нибудь меня? Читал нараспев, растягивая гласные. И получалось очень хорошо. Но в обыденной речи он заикался, испытывая большие за­труднения, особенно в словах, которые начинаются с согласного звука. — П-передайте, — сказал он, когда мой поезд уже тронулся и проводник взмахнул фонарем. Я поднялся на ступеньку вагона и взял из рук Липко картон­ную папку с завязанными тесемками. — П-подстрочник, — сказал Липко, помогая себе жестом, так что трость его взлетела выше головы. ...

    © 2000- NIV