Cлово "ЗВУКОВЫЕ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ЗВУКОВОЙ, ЗВУКОВЫМ, ЗВУКОВОГО, ЗВУКОВУЮ

1. Шаламов Варлам: Природа русского стиха
Входимость: 35.
2. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XII. 1923—1928. "Высокая болезнь". Хроника мутного времени
Входимость: 4.
3. Якобсон А.: Лекции о Пастернаке
Входимость: 3.
4. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава IX. "Сестра моя жизнь"
Входимость: 3.
5. Клинг О.: Борис Пастернак и символизм
Входимость: 2.
6. Замерова О.: Экзистенциальный аспект ранней лирики Б. Пастернака
Входимость: 2.
7. Соломин Владимир: Собеседник сердца (этюды о Пастернаке)
Входимость: 2.
8. Вильмонт Н.: О Борисе Пастернаке. Глава шестая
Входимость: 2.
9. Селивановский А.: Пастернак (Лит. энциклопедия 1929-1939 )
Входимость: 2.
10. Некоторые подробности биографии Пастернака (автор неизвестен)
Входимость: 2.
11. Сарнов Бенедикт: Диалог продолжается
Входимость: 1.
12. Бройтман С. Н.: Поэтика книги Пастернака "Сестра моя - жизнь". "Мухи мучкапской чайной"(отрывки)
Входимость: 1.
13. Борис Пастернак. Доктор Живаго. (книга 2, часть 9)
Входимость: 1.
14. Сергеева-Клятис Анна: Поэма Б. Пастернака "905-й год" в советской журналистике и критике русского зарубежья
Входимость: 1.
15. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XIV. 1923—1925
Входимость: 1.
16. Борис Пастернак. Доктор Живаго. (книга 1, часть 6)
Входимость: 1.
17. Пастернак Е.Б. Борис Пастернак. Биография (глава 4, страница 2)
Входимость: 1.
18. Пастернак Е.Б. Борис Пастернак. Биография (глава 4, страница 5)
Входимость: 1.
19. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава III. Влюбленность
Входимость: 1.
20. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXXVIII. Глухая пора
Входимость: 1.
21. Шаламов Варлам: Стихи и стимулирующее чтение
Входимость: 1.
22. Блох А.: На пути. 1946-1957
Входимость: 1.
23. Вильмонт Н.: О Борисе Пастернаке. Глава пятая
Входимость: 1.
24. Гаспаров М. Л. , Подгаецкая И. Ю.: "Сестра моя - жизнь" Бориса Пастернака... "(отрывок). "Мучкап"
Входимость: 1.
25. Вильмонт Н.: О Борисе Пастернаке. Глава четвертая
Входимость: 1.
26. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Андрей Вознесенский
Входимость: 1.
27. Ратгауз Герман: О переводах Бориса Пастернака
Входимость: 1.
28. Высокая болезнь
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Шаламов Варлам: Природа русского стиха
Входимость: 35. Размер: 22кб.
Часть текста: в родном языке и обладающий всеми его особенностями, правилами и болезнями. Повторяемость определенного рода согласных букв и дает ощущение стихотворения. Однако роль этих звуковых повторов (опорных трезвучий) не ограничивается звуковым совершенством данной строфы. Поиск этих опорных трезвучий и составляет сам процесс художественного творчества применительно к русским стихам, подлежащее разумному учету и разумному отчету. Для поэта – это граница ненужного, лишнего. Этим экономится время работы, ибо все, что вне этих трезвучий, просто отбрасывается, не выпадает на перо. А то, что попадает, подвергается контролю, правке. Лучший вариант – это тот, который благоволит слуху, уху (опять же не в музыкальном значении слуха и уха). В торможении звукового потока мысль еще не играет главной роли. Главная роль отдается мысли при правке уже остановленного, зафиксированного звукового потока, но и то – большой вопрос, что тут главнее. Разум должен оставаться в разумных пределах – таков главный вывод из этого отрезка бегущей лентой стихотворения. Все человеческие желания, мысль, чувства, надежды мы можем передать при помощи речи – тех самых тридцати трех букв русского алфавита, пересчитывание которых никогда никому не мешало. Это алфавит передает и поэтическую речь, имеющую свои законы, в отличие, скажем, от художественной прозы, хотя, казалось бы, разница невелика. Русский алфавит состоит из тридцати трех букв – двадцати согласных и сколько-то гласных, используемых в канонических размерах русского стихосложения (ямб, хорей, дактиль, амфибрахий, анапест). Для русского...
2. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XII. 1923—1928. "Высокая болезнь". Хроника мутного времени
Входимость: 4. Размер: 47кб.
Часть текста: сам масштаб его был бы иным. На эту гражданскую «ямбическую» традицию «Высокая болезнь» и ориентирована. Интересно, что ЛЕФы считали ее крупным своим (общим!) завоеванием — несмотря на ямбы, напыщенность, архаизмы и пр., несмотря даже на то, что первая ее строчка «Ахейцы проявляют цепкость» с легкой руки Маяка стала цеховой пословицей и произносилась, когда кто-то удачно ловил брошенную книгу. Вероятно, «Высокая болезнь» была важным оружием в борьбе с нарождавшейся традицией революционного консерватизма — с искусством, «понятным массам». На этих позициях стояли и пролетарские поэты, и Демьян Бедный, и толпа придворных стихотворцев, в чей адрес Пастернак в «Высокой болезни» высказался вполне определенно: Благими намереньями вымощен ад. Установился взгляд, Что если вымостить ими стихи, Простятся все грехи. Такая поэзия кажется Пастернаку кощунственной, оскорбительной для великого момента, переживаемого страной: Все это режет слух тишины, Вернувшейся с войны. (Надо думать, он имел в виду написать «слух страны» — оно и осмысленней, и лучше ложится в размер, но это как раз пример того, как внятная и опасная мысль заменяется «лирической туманностью».) Попыткой поговорить о современности так, чтобы перед ней не лебезить, так, чтобы не оскорблять ни себя, ни эпоху лестью и конъюнктурщиной, была «Высокая болезнь» — вещь, чуждая всякой благонамеренности и существенно расширявшая границы дозволенного. Во времена, когда эти границы отчетливо начали отвердевать (1924-й и позже), публикация поэмы Пастернака была событием принципиальной важности — ибо доказывала право беспартийного интеллигента, принявшего революцию и отказавшегося от эмиграции, говорить с эпохой на равных, ни под...
3. Якобсон А.: Лекции о Пастернаке
Входимость: 3. Размер: 87кб.
Часть текста: Пастернак, до 40-х годов, и поздний Пастернак, хотя это условность, потому что в 40-м году поэту было 50 лет. Маленькая оговорка общего характера: при всех различиях между ранним и поздним Пастернаком, общность гораздо глубже и существеннее этих различий. Поэтому цельность поэтического мира Пастернака вообще ни у кого из серьезных критиков и литературоведов не вызывает сомнений. Думаю, что это будет следовать и из моих двух лекций. Сегодня я прочту лекцию о раннем Пастернаке, а в следующий раз — о позднем. Обе лекции посвящаются Лидии Корнеевне Чуковской. Вот одно из первых стихотворений Пастернака, как раз стихотворение 1912 года. Как бронзовой золой жаровень, Жуками сыплет сонный сад. Со мной, с моей свечою вровень Миры расцветшие висят. И, как в неслыханную веру, Я в эту ночь перехожу, Где тополь обветшало-серый Завесил лунную межу, Где пруд, как явленная тайна, Где шепчет яблони прибой, Где сад висит постройкой свайной И держит небо пред собой. В этом маленьком стихотворении — важные черты, приметы и поэтики, и поэзии, и мироощущения Пастернака. Это кусок ...
4. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава IX. "Сестра моя жизнь"
Входимость: 3. Размер: 49кб.
Часть текста: в «Сестру», отошла к «Темам и вариациям»); и ощущение счастья и гармонии, которым так и дышит лирика тревожнейшего периода русской истории; и то, что ассоциативные, импрессионистические, темные на первый взгляд стихи сделались цитатником для нескольких поколений. Два периода в своей биографии Пастернак считал счастливейшими: семнадцатый, когда он писал «Сестру», и конец сороковых — начало пятидесятых, когда создавался роман. Судьба, словно в предвидении будущего, каждому периоду русской революции подобрала летописца (прозаики почти не справились с задачей — явления мистические лучше удаются поэтам). Январь и февраль восемнадцатого достались Блоку («Двенадцать»), девятнадцатый и двадцатый — Цветаевой (лирика Борисоглебского переулка, «Лебединый стан»), двадцать первый — Ахматовой («Anno Domini 1921»), двадцать второй — Мандельштаму («Tristia»), двадцать третий — Маяковскому ...
5. Клинг О.: Борис Пастернак и символизм
Входимость: 2. Размер: 94кб.
Часть текста: поэты 1910-х годов. В этом и во многих других лежащих совершенно в другой плоскости явлениях Пастернак находил черты своего «поколенья». Он видит в цепи «характера случайности и случайностей характера»1 не просто закономерность, а источник энергии, питающей жизнь и отодвигающей смерть. Каждое новое поколение не хочет помнить опыт предыдущего поколения, знающего о смерти, о невозможности изменить жизнь и избежать смерти, которая, согласно мироощущению Пастернака времени «Охранной грамоты», есть неминуемый итог человеческого пути и жизни вообще. Спасение от отчаяния, от ощущения невозможности вырваться с общей дороги — смерти он видит в искусстве. «А чтобы заслонить от них («молодых людей». — О. К.) двойственность бега сквозь неизбежность, чтобы они не сошли с ума, не бросили начатого и не перевешались всем земным шаром, за деревьями по всем бульварам караулила сила, страшно бывалая и искушенная, и провожала их своими умными глазами». В разные годы своей жизни Пастернак будет возвращаться, почти навязчиво, к оценке и переоценке своего раннего творчества и творчества своего поколения. Уже в 1915 году, вскоре после своего дебюта, в ответ на просьбу Д. П. Гордеева написать вступительную статью к посмертному сборнику брата — Б. П. Гордеева (псевдоним в «Центрифуге» — Божидар), Пастернак сообщал: «Вы, наверное, не знаете, какого невысокого мнения я обо всем том, что происходило и происходит в русской литературе и поэзии за последние десятилетия и в наши дни. Работы Вашего покойного брата ничем не хуже и не лучше всего остального в этом роде. Они оригинальны постольку и оригинальны в том, в чем и поскольку оригинальны все явления этой бедной неплодной эпохи, не...

© 2000- NIV