Cлово "ЗВОНКИЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ЗВОНОК, ЗВОНКОМ, ЗВОНКА, ЗВОНКИХ, ЗВОНКО

1. Вишневецкий Иззи: Сталин и Пастернак
Входимость: 12.
2. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Лидия Чуковская
Входимость: 9.
3. Вильмонт Н.: О Борисе Пастернаке. Глава седьмая
Входимость: 4.
4. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXII. Зинаида Николаевна
Входимость: 3.
5. Борис Пастернак. Детство Люверс (часть 2)
Входимость: 3.
6. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Эмма Герштейн
Входимость: 3.
7. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Зинаида Пастернак
Входимость: 3.
8. Лейтенант Шмидт
Входимость: 3.
9. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Николай Любимов
Входимость: 3.
10. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Евгения Кунина
Входимость: 3.
11. Борис Пастернак. Доктор Живаго. (книга 1, часть 4)
Входимость: 3.
12. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Евгений Пастернак
Входимость: 3.
13. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Андрей Вознесенский
Входимость: 3.
14. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Ольга Петровская
Входимость: 2.
15. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Исайя Берлин
Входимость: 2.
16. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Маргарита Анастасьева
Входимость: 2.
17. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Елена Берковская
Входимость: 2.
18. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Пролог
Входимость: 2.
19. Катаева Тамара: Другой Пастернак - Личная жизнь. Темы и вариации. Земляничные поляны имени Лили Брик
Входимость: 2.
20. Пастернак Е.Б. Борис Пастернак. Биография (глава 4, страница 2)
Входимость: 2.
21. Катаева Тамара: Другой Пастернак - Личная жизнь. Темы и вариации. Правила сервировки независимости
Входимость: 2.
22. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Анатолий Тарасенков
Входимость: 2.
23. Спекторский
Входимость: 2.
24. Цветаева М.: Владимир Маяковский и Борис Пастернак
Входимость: 2.
25. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Константин Локс
Входимость: 2.
26. Пастернак Е.Б. Борис Пастернак. Биография (глава 6, страница 1)
Входимость: 2.
27. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXVIII. В зеркалах: Сталин
Входимость: 2.
28. Якобсон А.: Лекции о Пастернаке
Входимость: 1.
29. Пастернак Е.Б. Борис Пастернак. Биография (глава 3, страница 1)
Входимость: 1.
30. Детство
Входимость: 1.
31. Катаева Тамара: Другой Пастернак - Личная жизнь. Темы и вариации. Во всю ширину плаща
Входимость: 1.
32. Клинг О.: Борис Пастернак и символизм
Входимость: 1.
33. Катаева Тамара: Другой Пастернак - Личная жизнь. Темы и вариации. Серия невынужденных ошибок
Входимость: 1.
34. Пастернак Е.Б. Борис Пастернак. Биография (глава 9, страница 3)
Входимость: 1.
35. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXIV. В тон времени
Входимость: 1.
36. Тишина
Входимость: 1.
37. * * * (Рослый стрелок, осторожный охотник)
Входимость: 1.
38. Борис Пастернак. Доктор Живаго. (книга 1, часть 2)
Входимость: 1.
39. * * * (Как казначей последней из планет)
Входимость: 1.
40. Шаламов Варлам: Пастернак
Входимость: 1.
41. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXIII. "Второе рождение"
Входимость: 1.
42. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Жозефина Пастернак
Входимость: 1.
43. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Константин Ваншенкин
Входимость: 1.
44. Халина Татьяна: Пастернак Борис Леонидович
Входимость: 1.
45. Соломин Владимир: Собеседник сердца (этюды о Пастернаке)
Входимость: 1.
46. Зимнее небо
Входимость: 1.
47. Борис Пастернак и Ольга Ивинская (автор неизвестен)
Входимость: 1.
48. Борис Пастернак. Доктор Живаго. (книга 1, часть 6)
Входимость: 1.
49. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Корней Чуковский
Входимость: 1.
50. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Анастасия Баранович-Поливанова
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Вишневецкий Иззи: Сталин и Пастернак
Входимость: 12. Размер: 33кб.
Часть текста: в 1934 году. Поводом для того разговора стал арест поэта Осипа Мандельштама. Судьбой Мандельштама был обеспокоен Бухарин, который написал Сталину письмо с припиской: "Пастернак тоже беспокоится". Зная, что Пастернак был в то время у Сталина в фаворе, Бухарин хотел этой припиской подчеркнуть, что это беспокойство носит общественный характер. Прочитав записку Бухарина, Сталин позвонил Пастернаку. Сарнов пишет: "Тот телефонный разговор теперь уже стал легендой. Не только в том смысле, что оброс множеством слухов, самых разнообразных пересказов, версий и интерпретаций, а в самом прямом, буквальном. Как всякая легенда, он стал источником не только мемуарных, исторических и квазиисторических, но и чисто художественных откликов и толкований". В ноябре 1933 О. Мандельштам написал небольшое стихотворение: Мы живем, под собою не чуя страны, Наши речи за десять шагов не слышны, А где хватит на полразговорца - Там помянут кремлевского горца. Его толстые пальцы, как черви, жирны, А слова, как пудовые гири, верны. Тараканьи смеются усища И сияют его голенища. А вокруг его сброд тонкошеих вождей, Он играет услугами полулюдей. Кто мяучит, кто плачет, кто хнычет, Лишь один он бабачит и тычет. Как подковы...
2. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Лидия Чуковская
Входимость: 9. Размер: 135кб.
Часть текста: на пологом, пустом, выжженном солнцем участке. Шофер притормозил, и я через опущенное стекло спросила, где дача Чуковского. Он вы­прямился, отряхивая землю с колен и ладоней, и, прежде чем объяснить нам дорогу, с таким жадным любопытством оглядел машину, шофера и меня, будто впервые в жизни увидал автомо­биль, таксиста и женщину. Гудя, объяснил. Потом бурно: «Вы, наверное, Лидия Корнеевна?» — «Да», — сказала я. Поблагода­рив, я велела шоферу ехать и только тогда, когда мы уже снова пересекли шоссе, догадалась: «Это был Пастернак! Явление при­роды, первобытность». 28/XL 46. В 2, как условились, меня принял Симонов. Снача­ла дал список поэтов, у которых надо добыть стихи не позже 15 де­кабря — по три от каждого — лирические и «без барабанного боя». — Я хочу сделать подборку: «в защиту лирики». В конце кон­цов двадцать поэтов вряд ли обругают, а если обругают, то редак­тора — что ж, пусть... Потом дал мне...
3. Вильмонт Н.: О Борисе Пастернаке. Глава седьмая
Входимость: 4. Размер: 76кб.
Часть текста: Леонидович, как мы помним, затронул другую тему, для него важнейшую. Он заговорил о своих сомне­ниях. О том, что ему кажется, будто всему, что он успел написать, присущ какой-то прирожденный или приобре­тенный изъян, что следует писать по-иному, проще, общедоступнее. Эта тема и легла в основу нашей дол­гой и знаменательной беседы. Именно тогда, 12 апреля 1930 года, я впервые услышал из уст Бориса Леони­довича его твердое решение в корне изменить свою поэтику, плотнее примкнуть к великим традициям русской классической эстетики. У нас, да и за рубежом, вошло в обыкновение, ссылаясь на самого Пастернака («я не люблю своего стиля до 1940 года»), делить его творчество на два периода — до и после означенного года. Это до извест­ной степени справедливо, но едва ли так уж непреложно верно. В годы, когда он создавал «Сестру мою жизнь» и «Темы и вариации», он, надо думать, еще не так-то мечтал об «оригинальности оглаженной и приглушен­ной, внешне не узнанной, скрытой под покровом обще­употребительной и привычной формы», как он говорил и писал позднее. Но стихотворения, отчасти уже отве­чавшие этим требованиям, у него все же встречались и раньше. И он к ним относился с особенной авторской приязнью. Напомню читателям в связи с затронутой темой — пересмотром и переоценкой Пастернаком своих былых произведений, что уже в день моего первого посещения Бориса Леонидовича летом 1920 года он с недовольством отзывался о «сумбурности» книги «Поверх барьеров», вышедшей в начале 1917 года в издательстве «Центри­фуга», — сумбурности, усугубленной множеством до­садных опечаток; и тут же походя назвал два стихотво­рения, которые ему еще продолжают нравиться, — «Стрижи» и «После дождя». Мог бы назвать и другие. Позднее, но еще до напечатания «Сестры моей жизни»...
4. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXII. Зинаида Николаевна
Входимость: 3. Размер: 123кб.
Часть текста: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXII. Зинаида Николаевна Часть Вторая. Июль. Соблазн Глава XXII. Зинаида Николаевна 1 Лейтмотивом жизни с Евгенией Лурье было неустройство. Уже постфактум объясняя кузине причины разрыва, Пастернак скажет о первой жене жестокие, может быть, несправедливые слова: «У меня за годы жизни с ней развилась неестественная, безрадостная заботливость, часто расходящаяся со всеми моими убежденьями и внутренне меня возмущающая, потому что я никогда не видел человека, воспитанного в таком глупом, по-детски бездеятельном ослепляющем эгоизме, как она». Зависимость от быта в его кругу считалась постыдной, и не в одной житейской прозе было дело: они с Женей Лурье метнулись друг к другу в трудное время, от обоюдного одиночества. Пастернак в двадцатые годы,— хотя этот свой период он оценивал сдержанно,— колоссально вырос; эпичность появилась не только в его литературной манере, но и в подходе к истории. Он мечтал о большой, серьезной, «настоящей» работе — но в сорок лет продолжал жить, как юноша: неприкаянно, неустроенно и тесно. Он все чаще называет сделанное им «ерундой», «черновиками», «попытками». Как всякая настоящая любовь, встреча Пастернака с Зинаидой Николаевной готовится долго, путем проб, ошибок и Репетиций. Таких романных «подготовок» потом множество будет в «Докторе Живаго», где судьба сводит влюбленных с...
5. Борис Пастернак. Детство Люверс (часть 2)
Входимость: 3. Размер: 69кб.
Часть текста: с порога прохватывали особым полумраком и прохладой, особой, всегда неожиданной знакомостью, с какою мебель, заняв раз-на-всегда предписанные места, на них оставалась. Будущего нельзя предсказать. Но его можно увидеть, войдя с воли в дом. Здесь на-лицо уже его план, то размещенье, которому, непокорное во всем прочем, оно подчинится. И не было такого сна, навеянного движеньем воздуха на улице, которого бы живо не стряхнул бодрый и роковой дух дома, ударявший вдруг, с порога прихожей. На этот раз это был Лермонтов. Женя мяла книжку, сложив ее переплетом внутрь. В комнатах она, сделай это Сережа, сама бы восстала на "безобразную привычку". Другое дело - на дворе. Прохор поставил мороженицу наземь и пошел назад в дом. Когда он отворил дверь в Спицынские сени, оттуда повалил клубящийся дьявольский лай голеньких генеральских собачек. Дверь захлопнулась с коротким звонком. Между тем, Терек, прыгая как львица, с косматой гривой на спине, продолжал реветь, как ему надлежало, и Женю стало брать сомнение только насчет того, точно ли на спине, не на хребте ли все это совершается. Справиться с книгой было лень, и золотые облака, из южных стран, издалека, едва успев проводить его на север, уже встречали у порога генеральской кухни с ведром и мочалкой в руке. Денщик поставил ведро, нагнулся и, разобрав мороженицу, принялся ее мыть. Августовское солнце, прорвав древесную листву, засело в крестце у солдата. Оно внедрилось, красное, в жухлое мундирное сукно и как скипидаром жадно его собой пропитало. Двор был широкий, с замысловатыми закоулками, мудреный и тяжелый. Мощеный к середке, он давно не перемащивался, и булыжник густо порос плоской кудрявой травкой, издававшей в послеобеденные часы кислый лекарственный запах, какой бывает...

© 2000- NIV