• Наши партнеры
    Eurodsp.ru - В Москве кухонные фасады из мдф евроДСП калькулятор!
  • Cлово "МАНДЕЛЬШТАМ"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  

    Варианты слова: МАНДЕЛЬШТАМА, МАНДЕЛЬШТАМУ, МАНДЕЛЬШТАМЕ, МАНДЕЛЬШТАМОМ

    1. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXVI. В зеркалах: Мандельштам
    Входимость: 160.
    2. Вишневецкий Иззи: Сталин и Пастернак
    Входимость: 60.
    3. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXVIII. В зеркалах: Сталин
    Входимость: 29.
    4. Карпенко Александр: Двойной портрет Пастернака и Мандельштама...
    Входимость: 24.
    5. Разомкнутый любовный треугольник: Пастернак - Сталин - Катаев (автор неизвестен)
    Входимость: 21.
    6. Быков Дмитрий: Сын сапожника и сын художника
    Входимость: 18.
    7. Якобсон А.: Лекции о Пастернаке
    Входимость: 14.
    8. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Зинаида Пастернак
    Входимость: 13.
    9. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Исайя Берлин
    Входимость: 12.
    10. Пастернак Е.Б. Борис Пастернак. Биография (глава 6, страница 5)
    Входимость: 12.
    11. Катаева Тамара: Другой Пастернак - Личная жизнь. Темы и вариации. На теплоходе музыка играет
    Входимость: 12.
    12. Левин М. Л.: Презумпция невиновности
    Входимость: 12.
    13. Катаева Тамара: Другой Пастернак - Личная жизнь. Темы и вариации. Как развивались события
    Входимость: 10.
    14. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Эмма Герштейн
    Входимость: 10.
    15. Иванова Наталья: Пересекающиеся параллели - Борис Пастернак и Анна Ахматова
    Входимость: 10.
    16. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XLVI. В зеркалах: Ахматова
    Входимость: 10.
    17. Вильмонт Н.: О Борисе Пастернаке. Глава седьмая
    Входимость: 9.
    18. Мунц Елена: "Мне хотелось воплотить жизнелюбие Пастернака, его жажду жизни" (интервью)
    Входимость: 8.
    19. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXIII. "Второе рождение"
    Входимость: 7.
    20. Пастернак Е.Б. Борис Пастернак. Биография (глава 4, страница 5)
    Входимость: 6.
    21. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава VIII. "Центрифуга". "Поверх барьеров". Урал
    Входимость: 6.
    22. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава IX. "Сестра моя жизнь"
    Входимость: 6.
    23. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Лев Горнунг
    Входимость: 5.
    24. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Эдуард Бабаев
    Входимость: 5.
    25. Пастернак Е.Б. Борис Пастернак. Биография (глава 5, страница 1)
    Входимость: 5.
    26. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава V. "Сердарда"
    Входимость: 5.
    27. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXII. Зинаида Николаевна
    Входимость: 4.
    28. Сарнов Бенедикт: Диалог продолжается
    Входимость: 4.
    29. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава III. Влюбленность
    Входимость: 4.
    30. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Основные даты жизни и творчества Бориса Пастернака
    Входимость: 4.
    31. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XVII. В зеркалах: Цветаева
    Входимость: 4.
    32. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Евгений Пастернак
    Входимость: 4.
    33. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Варлам Шаламов
    Входимость: 4.
    34. Вильмонт Н.: О Борисе Пастернаке
    Входимость: 3.
    35. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Галина Нейгауз
    Входимость: 3.
    36. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXXV. В это время
    Входимость: 3.
    37. Клинг О.: Борис Пастернак и символизм
    Входимость: 3.
    38. Милош Чеслав: Трезво о Пастернаке
    Входимость: 3.
    39. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXXVIII. Глухая пора
    Входимость: 3.
    40. Борис Пастернак: Женщины его боготворили (автор неизвестен)
    Входимость: 3.
    41. Шаламов Варлам: Пастернак
    Входимость: 3.
    42. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XIV. 1923—1925
    Входимость: 3.
    43. Катаева Тамара: Другой Пастернак - Личная жизнь. Темы и вариации. Список источников
    Входимость: 3.
    44. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XII. 1923—1928. "Высокая болезнь". Хроника мутного времени
    Входимость: 3.
    45. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Александр Гладков
    Входимость: 3.
    46. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Андрей Вознесенский
    Входимость: 3.
    47. Пастернак Е.Б. Борис Пастернак. Биография (глава 7, страница 5)
    Входимость: 3.
    48. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава VII. Очерк пути
    Входимость: 3.
    49. Борис Пастернак в воспоминаниях современников. Валентин Берестов
    Входимость: 3.
    50. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXXII. "Гамлет". Театр террора
    Входимость: 3.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXVI. В зеркалах: Мандельштам
    Входимость: 160. Размер: 75кб.
    Часть текста: был любимый тест для новых знакомых: чай или кофе? Кошка или собака? Пастернак или Мандельштам? Тут в полной мере сказалась присущая ей тяга к простым и точным решениям. Два полюса человеческой натуры в самом деле легко определить при помощи этих трех дихотомий: два наиболее выраженных варианта — «Чай, собака, Пастернак» и «Кофе, кошка, Мандельштам» — во всем противостоят друг другу. Пастернак и Мандельштам — особенно в тридцатые годы — являют собою выраженные, наглядные противоположности. И это при том, что во множестве перечней, в списках симпатий и антипатий, в разносных или восторженных контекстах — их имена стоят рядом, намертво спаянные общностью времени, друзей, связей, эпохи и даже судьбы. Вечный удачник Пастернак и хронический неудачник Мандельштам не избежали Голгофы — каждый своей; конечно, никто не сравнивает лагерной бани, в которой умер Мандельштам, с переделкинской дачей, на которой умер Пастернак,— но убили-то обоих. Для одних устойчивый союз «Мандельштам и Пастернак» означал все чуждое в искусстве: заумь, выпендреж, снобизм. Существовали даже термины — «мандельштамп» и «пастернакипь», которыми...
    2. Вишневецкий Иззи: Сталин и Пастернак
    Входимость: 60. Размер: 33кб.
    Часть текста: пойдет о знаменитом телефонном разговоре межу Сталиным и Пастернаком, состоявшимся в 1934 году. Поводом для того разговора стал арест поэта Осипа Мандельштама. Судьбой Мандельштама был обеспокоен Бухарин, который написал Сталину письмо с припиской: "Пастернак тоже беспокоится". Зная, что Пастернак был в то время у Сталина в фаворе, Бухарин хотел этой припиской подчеркнуть, что это беспокойство носит общественный характер. Прочитав записку Бухарина, Сталин позвонил Пастернаку. Сарнов пишет: "Тот телефонный разговор теперь уже стал легендой. Не только в том смысле, что оброс множеством слухов, самых разнообразных пересказов, версий и интерпретаций, а в самом прямом, буквальном. Как всякая легенда, он стал источником не только мемуарных, исторических и квазиисторических, но и чисто художественных откликов и толкований". В ноябре 1933 О. Мандельштам написал небольшое стихотворение: Мы живем, под собою не чуя страны, Наши речи за десять шагов не слышны, А где хватит на полразговорца - Там помянут кремлевского горца. Его толстые пальцы, как черви, жирны, А слова, как пудовые гири, верны. Тараканьи смеются усища И сияют его голенища. А вокруг его сброд тонкошеих вождей, Он играет услугами полулюдей. Кто мяучит, кто плачет, кто хнычет, Лишь один он бабачит и тычет. Как подковы кует за указом указ - Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз. Что ни казнь у него, - то малина, И широкая грудь осетина. Мандельштам стал читать это стихотворение друзьям, приятелям и знакомым. Как писала Надежда Мандельштам, Илья Эренбург не признавал стихов о Сталине, называя их "стишками", и случайными в творчестве О. Мандельштама. "Еще резче выразился Б. Л. Пастернак. Выслушав стихотворение из уст автора, он просто отказался обсуждать его достоинства и недостатки: "То, что вы мне прочли, не имеет никакого отношения к...
    3. Быков Дмитрий Львович: Борис Пастернак. ЖЗЛ. Глава XXVIII. В зеркалах: Сталин
    Входимость: 29. Размер: 119кб.
    Часть текста: непростой. Дураками были те, кто изображал его дураком, страдающим запорами. Мало ли кто чем страдает. У каждого второго писателя геморрой, и ничего, общаются с богами. Он отлично понимал, что от любой эпохи остается в конце концов не индустриализация-коллективизация, а настоящая литература; забота о бессмертии состоит в заботе о прекрасном. Что такое индустриализация и коллективизация? Все это для народа, а народ помрет, и из него лопух будет расти. И потому он мог манкировать другими обязанностями — руководством промышленностью или сельским хозяйством; хватало верных начальничков, запуганных до сверхчеловеческого усердия, готовых стучать кулаками, устраивать ночные авралы и выжимать из народа трудовые рекорды. Не поддавалась руководству только литература. То есть постановления принимались, организации создавались и распускались, велась борьба с формализмом, прекрасно был поставлен подхалимаж,— но писали хуже и хуже, и памятником эпохи грозила остаться пирамида макулатуры, сложенная из романных кирпичей в духе самого что ни на есть образцового социалистического реализма. У него получилось с Магниткой и колхозами, но с литературой не выходило ничего. Все, кто что-нибудь путное умел, стрелялись, вешались, уезжали или просились уехать. Авербах не просился, Киршону и здесь было хорошо, Вс. Вишневский, Павленко и ...
    4. Карпенко Александр: Двойной портрет Пастернака и Мандельштама...
    Входимость: 24. Размер: 11кб.
    Часть текста: после ухода Есенина и Маяковского. Он, интеллигент до мозга костей, чувствовал, что «некрасиво быть знаменитым» у людей, не понимающих его творчества. Я не думаю, что для него это был вопрос выживания. Он, возможно, хотел больше соответствовать своему статусу, тяготел к неоклассицизму. Поэтому движение от сложного к простому было взаимным: так же развивалось и время, и поэт незазорно и непроизвольно стремился быть конгениальным своему времени. Вместе с тем, никакие веления времени не могут заставить человека измениться, если сам он того не желает. «Мыслящий тростник» не обязан «прогибаться под изменчивый мир». Скажем, на Макса Волошина революция и НЭП вообще никак не повлияли. Но это ничуть не свидетельствует о толстокожести и равнодушии писателя. Просто на одних перемена декораций действует как обухом по голове, а на других - вообще никак не действует. Осип Мандельштам, в отличие от Пастернака, как-то моментально стал после революции изгоем, и здесь, конечно, «виноваты», прежде всего, личностные качества поэта. Обидчивый и ранимый, он легко находил врагов. Вспыхивал как спичка, из-за любого пустяка. Был драчливее Есенина: мог наброситься на собеседника в совершенно трезвом состоянии, и было сложно объяснить причину столь агрессивного поведения известного поэта. По правде говоря, и писатели, в большинстве своём, относились к нему не лучше. Это уже были другие писатели: в моду входил тип писателя-чекиста. Конечно, сам Осип не был белым и пушистым. Написав своё знаменитое антисталинское стихотворение «Мы живём, под собою не чуя страны…», он зачем-то стал читать его всем знакомым поэтам подряд, прекрасно понимая, что тем самым ставит их под удар. И потом это вернётся к нему бумерангом. Когда Сталин позвонит Пастернаку и напрямик спросит, хороший ли поэт Мандельштам, Борис...
    5. Разомкнутый любовный треугольник: Пастернак - Сталин - Катаев (автор неизвестен)
    Входимость: 21. Размер: 17кб.
    Часть текста: сам просил его о встрече, чтобы поговорить о смысле жизни, но тут уж встречи не пожелал Иосиф Виссарионович. Чему следуют пункты. О том, как Сталин пожелал видеть Катаева и усадить его за свой стол, а Катаев хитроумно от того уклонился (притворившись пьяным, как явствует из сюжета и комментариев к нему), и о том, почему он это сделал, дошло следующее воспоминание (Несвятой Валентин // МК. 18. 02. 2002 [Дмитрий Гусев]): «С властью Валентин Петрович старался не соприкасаться. Он полагал, что многие люди гибнут оттого, что устремились чересчур высоко. Мол, чем дальше от Кремля, тем спокойней. П[авел]. В[алентинович Катаев, сын]. :“Позднее мы с отцом говорили на эту тему. Я спрашивал его: “Папа, а почему они погибли? Каким образом отбирались жертвы?” Он отвечал: “Я не знаю, но мне кажется, что они находились слишком близко к власти”. Однажды, перед самой войной, Катаева вместе с братом пригласили на новогодний банкет. Летчики, писатели, поэты, военные, строители, ученые пили, ели, веселились как могли. И вот среди всеобщего гомона к поддавшему Валентину Петровичу подошел Поскребышев: “Товарищ Катаев, вы очень нужны, с вами хочет поговорить Иосиф Виссарионович”. На что писатель ответил: “Здесь какая-то ошибка — это не меня, а моего брата”. Смущенный Поскребышев отошел, но спустя некоторое время вернулся с той же настойчивой просьбой: “Валентин Петрович, вас просит Сталин”. Катаев повторяет: “Да это шутка — вызывают не меня, а Петрова”. Так вождь народов и не дождался веселого писателя....

    © 2000- NIV